автор

я выгляжу так, как будто ревела год.
я лежу на помойке, и за мной никто не придёт.
они говорят: darling, you can be anything you want to!
они выпускают барби в костюмах лётчиц и стюардесс,
да только не знают, что я
уже не can,
уже не be,
и даже не anything.
я просто набор цветов.
пышные, розыпионыпаучьилилии –
растут из мёртвой земли.
растут из мёртвого тела,
из первых признаков разложения.
я только буквы –
да и буквы тонут в сомнениях.
я ничего, ничего не знаю и не умею;
я ничего не значу, я маленький кубик плоти –
но почему –
замолкают слова;
я не знаю,
какой вопрос мне задать.
почему я не ты;
почему не с тобой;
почему не со мною Бог,
и если Он – автор,
то я ничего не могу предъявить,
я ведь тоже
ни капельки авторского всевластия не имею!
я просто ищу
тот единственный путь рассказать историю.
И если Бог тоже
просто ищет единственный путь
рассказать обо мне,
то что же мне делать? что же мне с этим – поделать?
я ведь его, как автор автора, понимаю.
и всей этой боли,
всем этим признакам разложения,
я не вправе тогда возражать.
ведь я, как автор,
могла бы только
руку пожать.
какие сюжетные повороты,
какие ноты
пряного аромата невыносимой боли,
невыносимой любви, невыносимой телесности –
всего такого невыносимого,
что больно смотреть!
поэтому мне
так часто хочется умереть.
Поэтому мне так хочется
вырасти и улететь;
собрать свои силы в кулак,
собрать свою волю
и выбить себе
хоть немного лучшую долю.
Да только и автор знает,
что нет больше сил.
о них Франсуа Вийон много лет просил,
и на несколько – удалось избегнуть позора.
а после – что сталось?
где прервалась судьба поэтичного вора?
ни я не знаю, ни ты,
а только, может быть, автор.

Я бы очень хотела,
чтобы автор
написал меня заново.