don't cry

Don’t cry
Over a cup of spilt milk.
Don’t cry
Whatever you see or you think –
It is just words,
Whenever you start to write down.
It is just worms
In the body of earth and the town.
It’s just a timer you face
When a microwave sings,
It’s just a tear
And a teardrop, when you suddenly blink.

I told you I was a warrior,
But I couldn’t explain
Where all it goes:
Death to soil, love to love, pain to pain –
Death to love; pain to love, soil to pain.

If you breathe you will grieve, it’s a law,
It’s an order of things. And if death is a bird,
It’s not raven, as you may just think –
It’s a colibri, little and flowless,
Just sipping your time.
If “in vino veritas”, we may be up for a vine
To explain. To explore. To forgive.
To accept – pain to love.
And a hummingbird
Gives us a smile
From the greatest above.

im a warrior

so, i need to warn you right now, honey. i’m a warrior.

years ago i thought that it meant bringing the LIGHT to the hearts of people, to be strong for everyone, to guide others with my experience. oh, so naïve.

today i know (but what could i possibly know if i’m no God?) that being a warrior is, in the first place, fighting your own battles.

And, perhaps, not always winning.

Sometimes crying in the middle of the night counts as being a warrior.

Sometimes going to see a doctor when you really need it counts as being a warrior.

Sometimes not doing anything counts as being a warrior, because you’re so doomed, so tired, so craving to fade away and never wake up. My body is gross, my flesh is rotting, but i still wanna see the light.

i live in consistent sorrow about being me, being just who i am. i’ve wanted so much, and i’ve had so little. Sometimes being a warrior is a woe because you can’t be EVERYWHERE doing EVERYTHING at every moment of time. Oh dear, i crave so much being everyone at each moment of time.

but i am

and i am

just me.

But maybe,

being me also counts as being a warrior.

being unloved

diabolical
metaphorical
love
being stupid
being loud,
being unloved.

i am so unmatching,
as simple as hatching,
as low as above.
i'm being a riddle,
i'm being - not fiddle, but -
fiddling with words
like with sounds to pair.
and being unable
to call the technician
and ask for repair;
too many 'being', but i,
stupid being,
just wanted a voice.
lured foreign language,
applied as a bandage,
not having a choice.
my simple rhyming is
sign of a signing
a contract with things,
hoping that that Rumi's reed eventually sings
i am so poor and so rich,
so low and above,

finding the perfect sense
of being unloved.

Руми - персидский поэт-суфий XIII века. Однажды в лекции Олега Альбертовича Донских прозвучало перифразом Руми: "Почему тростниковая флейта поет так печально? Потому что в её песне тоска по целому тростнику".

И это, конечно же, не только о флейте.

refined

i'm not fine,
but at least, refined.
Something beautiful in my mind -
i'm not done, but already gone -
finding
the one true word
in the fallen leaves
searching
for one true world
to remit the grieves.

i'm the princess of fail and the queen
of mistaken steps,
i don't know how to live,
what to do, to reduce the mess
that i've done when i was, you know, like, already gone.
what i missed when i thought that i
could successfully run.

I'm so sorry, my dear God, for just being me;
i'm so little, so faded, so old that you couldn't see;
i'm the queen of mistaken steps
and the princess of stress.
i don't know what i've ever done
to deserve this mess.

автор

я выгляжу так, как будто ревела год.
я лежу на помойке, и за мной никто не придёт.
они говорят: darling, you can be anything you want to!
они выпускают барби в костюмах лётчиц и стюардесс,
да только не знают, что я
уже не can,
уже не be,
и даже не anything.
я просто набор цветов.
пышные, розыпионыпаучьилилии –
растут из мёртвой земли.
растут из мёртвого тела,
из первых признаков разложения.
я только буквы –
да и буквы тонут в сомнениях.
я ничего, ничего не знаю и не умею;
я ничего не значу, я маленький кубик плоти –
но почему –
замолкают слова;
я не знаю,
какой вопрос мне задать.
почему я не ты;
почему не с тобой;
почему не со мною Бог,
и если Он – автор,
то я ничего не могу предъявить,
я ведь тоже
ни капельки авторского всевластия не имею!
я просто ищу
тот единственный путь рассказать историю.
И если Бог тоже
просто ищет единственный путь
рассказать обо мне,
то что же мне делать? что же мне с этим – поделать?
я ведь его, как автор автора, понимаю.
и всей этой боли,
всем этим признакам разложения,
я не вправе тогда возражать.
ведь я, как автор,
могла бы только
руку пожать.
какие сюжетные повороты,
какие ноты
пряного аромата невыносимой боли,
невыносимой любви, невыносимой телесности –
всего такого невыносимого,
что больно смотреть!
поэтому мне
так часто хочется умереть.
Поэтому мне так хочется
вырасти и улететь;
собрать свои силы в кулак,
собрать свою волю
и выбить себе
хоть немного лучшую долю.
Да только и автор знает,
что нет больше сил.
о них Франсуа Вийон много лет просил,
и на несколько – удалось избегнуть позора.
а после – что сталось?
где прервалась судьба поэтичного вора?
ни я не знаю, ни ты,
а только, может быть, автор.

Я бы очень хотела,
чтобы автор
написал меня заново.